Гидрометеорологические исследования и прогнозы. 2024. № 1 (391). С. 56-70

56

DOI: https://doi.org/10.37162/2618-9631-2024-1-56-70

УДК 551.515:551.461(262.81)

Влияние колебаний циркуляции атмосферы

на уровень Каспийского моря

Е.С. Нестеров, А.В. Павлова

Гидрометеорологический научно-исследовательский центр

Российской Федерации, г. Москва, Россия

nesterov@mecom.ru

Рассматриваются изменения уровня Каспийского моря с 1950 по 2023 год. Ос-

новное внимание уделено интенсивному падению уровня моря с 2005 по 2023 год.

В этот период в результате глобального потепления увеличилось число случаев бло-

кирования западного переноса в атмосфере летом, что привело к росту температуры

воздуха в регионе Каспийского моря. Подтверждено влияние на эти процессы отри-

цательных фаз атмосферных колебаний EA/WR (Восточная Атлантика – западная

часть России) и NAO (североатлантическое колебание), которые установились после

2000 года. Предполагается, что повышение температуры воздуха способствовало

интенсивному испарению с поверхности Каспийского моря и падению его уровня.

Ключевые слова: Каспийское море, уровень, колебания циркуляции атмосферы,

глобальное потепление, испарение

Influence of atmospheric circulation fluctuations

on the Caspian Sea level

E.S. Nesterov, A.V. Pavlova

Hydrometeorological Research Center of Russian Federation,

Moscow, Russia

nesterov@mecom.ru

Changes in the Caspian Sea level from 1950 to 2023 are considered. The focus is on

the intense sea level drop from 2005 to 2023. During this period, as a result of global warm-

ing, the number of cases of westerlies blocking in the summer atmosphere increased, which

led to an air temperature rise in the Caspian Sea region. The influence on these processes

of the negative phases of the EA/WR (East Atlantic-Western Russia) and NAO (North

Atlantic Oscillation) atmospheric circulation patterns that set in after 2000 is confirmed. It

is assumed that the air temperature rise contributed to intense evaporation from the surface

of the Caspian Sea and the drop of its level.

Keywords: Caspian Sea, sea level, atmospheric circulation fluctuations, global

warming, evaporation

Введение

За последние 45 лет в ходе уровня Каспийского моря (УКМ) произо-

шли два значительных события: подъем в 1978–1995 гг. и падение в 2007–

2023 гг., которое продолжается до сих пор. Эти события вызвали серьезные

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

57

экономические и экологические проблемы для прибрежной зоны прика-

спийских стран. Так, в результате подъема уровня произошло затопление

и подтопление населенных пунктов, промышленных объектов, разрушение

гидротехнических и портовых сооружений. При падении уровня возни-

кают проблемы для судоходства и рыболовства.

В период подъема уровень увеличился на 2,4 м. Средняя скорость

подъема составила 14 см в год, в отдельные годы достигала 30 см в год [21].

На стадии падения уменьшение уровня составляет до 20 см в год.

Причины этих явлений исследовались во многих публикациях [1, 2, 5,

7, 25, 26]. Количественная оценка вклада различных механизмов дана в

[24], где указывается, что повышение уровня в 1978–1995 гг. было вызвано:

на 54 % – увеличением речного стока в море; на 29 % – уменьшением ис-

парения с его поверхности; на 10 % – увеличением количества осадков на

поверхность моря; на 7 % – регулированием оттока вод в залив Кара-Богаз-

Гол. В монографии [22] предложена динамико-стохастическая модель ко-

лебаний уровня Каспийского моря на основе учета речного стока и эффек-

тивного испарения.

Конкретное обоснование этих механизмов также приводится во мно-

гих публикациях. Например, в [9] указывается, что увеличение стока рек

Волжского бассейна произошло из-за того, что в северной части водосбора

Волги (реки Кама, Вятка, Ветлуга, Верхняя Волга) в осенне-зимний период

было увеличение осадков. Увеличение осадков на водосборе Волги в теп-

лую часть года отмечается в [12]. Влияние осадков на уровень моря с ис-

пользованием гидродинамической модели исследовалось в [10]. Получено,

что повышение средней интенсивности осадков на 50 % дает дополнитель-

ный прирост уровня на 8,5 см в год. В численном эксперименте с естествен-

ным расходом рек, то есть без учета изъятий 12 % вод на хозяйственные

нужды, прирост уровня составил 9,5 см в год.

В [8] показано, что уменьшение испарения с поверхности моря в теп-

лую часть года на стадии подъема уровня произошло в результате умень-

шения скорости ветра над морем и уменьшения солнечной радиации в ре-

зультате увеличения облачности. В работе [21] указывается, что одной из

причин подъема уровня стало перекрытие в 1980–1984 гг. стока вод в залив

Кара-Богаз-Гол и дальнейшее до 1992 г. незначительное поступление в за-

лив вод в объеме менее 2 км³.

В [20] отмечаются положительные среднегодовые аномалии осадков,

температуры воздуха и облачности в регионе Каспийского моря, что сказа-

лось на процессах испарения в период подъема уровня. Эти особенности

связываются с изменением повторяемости форм атмосферной циркуляции

по классификации Вангенгейма.

Влияние поля ветра в регионе моря на изменения уровня исследова-

лось в [6]. Показано, что в периоды роста уровня в регионе Каспийского

моря преобладают северные ветры, что уменьшает интенсивность испаре-

ния и способствует росту уровня.

58

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

В работе [15] исследовалось влияние различных колебаний атмосфер-

ной циркуляции на УКМ. Было получено, что существенным является вли-

яние колебаний EА/WR (Восточная Атлантика – западная часть России),

EA (Восточная Атлантика) и EA-Jet, то есть тех колебаний, основные узлы

которых расположены в восточной части Северной Атлантики. Интересно,

что наибольшее влияние на УКМ оказывает колебание EА/WR, один из уз-

лов которого расположен над Каспийским морем.

При этом многолетний ход индекса EA-Jet оказался самым близким к

ходу УКМ среди всех рассматриваемых индексов. Этот результат пред-

ставляется несколько неожиданным, поскольку колебание EA-Jet – един-

ственное из колебаний, которое выражено только в теплую часть года.

Эти результаты свидетельствуют о важной роли процессов в теплую

часть года, особенно испарения и осадков, в формировании межгодовой

изменчивости УКМ. Поскольку индекс EA-Jet характеризует условия ат-

мосферной циркуляции (а значит, косвенно, и эффективное испарение) в

апреле–августе, то это может быть одной из причин подобия многолетнего

хода индекса и УКМ. В настоящее время индекс EA-Jet не рассчитывается.

Изучение процессов испарения с поверхности Каспийского моря по-

казало, что максимальное испарение происходит в июле–сентябре [11, 18],

причем оно существенно зависит от скорости ветра. В [18] испарение рас-

считывалось для трех условных частей Каспийского моря: северной, сред-

ней и южной за период с 1940 по 1985 г. Получено, что в северной части

испарение достигает максимальных значений в августе, а в средней и юж-

ной частях – в сентябре.

Отмечается, что межгодовой ход только северной (мелководной) ча-

сти соответствует ходу уровня Каспийского моря с характерным перело-

мом от падения уровня к его росту в 1976–1977 гг. Величина испарения в

рассматриваемый период колебалась от 90 до 105 см в год. В [18] сделан

вывод, что величина испарения в северной части моря является основным

фактором в изменчивости водного баланса всего моря.

Связь между индексами колебаний циркуляции атмосферы и межго-

довыми изменениями УКМ исследовалась в [16]. С использованием поша-

говой и множественной регрессии было получено уравнение зависимости

межгодовых приращений уровня в пункте Махачкала за 1950–2000 гг. и

индексами NAO (североатлантическое колебание), EА, EА/WR, SСА (скан-

динавское колебание), POL (колебание полярная область – Евразия), PNA

(колебание Тихий океан – Северная Америка), SOI (Южное колебание).

Коэффициент детерминации, характеризующий связь между фактиче-

скими изменениями уровня и полученными по уравнению множественной

регрессии, оказался равным 0,37, то есть построенная регрессия объясняет

37 % разброса межгодовых изменений уровня относительно среднего, что

недостаточно для использования уравнения в целях прогноза. Вместе с тем

использование индексов колебаний циркуляции атмосферы в качестве пре-

дикторов может быть полезным при оценке возможных изменений УКМ.

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

59

Для исследования влияния различных характеристик атмосферы на

уровень Каспийского моря в летний период использовался также индекс

Палмера, который рассчитывается по среднемесячным данным о темпера-

туре воздуха и осадках и характеризует сухие и влажные периоды [28].

Среднее значение индекса Палмера для большей части Каспийского моря

в 1978–1992 гг. оказалось положительным (преобладание влажных перио-

дов), то есть процессы в атмосфере в этот период препятствовали развитию

испарения, что отразилось в повышении уровня моря.

Современные изменения уровня Каспийского моря

Современные изменения уровня Каспийского моря происходят в усло-

виях глобального потепления. На Европейской территории России (ЕТР) в

летний период с 1980-х гг. растет число дней с экстремально высокой тем-

пературой воздуха [3]. На территории России за период 1998–2021 гг. бо-

лее 40 % опасных метеорологических явлений, к которым относится в том

числе сильная жара, отмечается в летние сезоны. Скорость потепления в

России в 2,5 раза больше скорости глобального потепления [13]. В этой ра-

боте делается вывод, что в условиях быстрого потепления климата следует

ожидать увеличения продолжительности летних волн жары в результате

изменений режимов атмосферной циркуляции. Результаты анализа наблю-

дений и модельные расчеты свидетельствуют о том, что глобальное потеп-

ление приводит к увеличению повторяемости блокирующих ситуаций в ат-

мосфере [14] и к увеличению количества засух [27, 33].

В [19] рассматриваются летние волны жары на ЕТР, в которых анома-

лия среднесуточной температуры воздуха превышала заданный порог,

а длительность была не менее 5 суток. Анализ показал, что начиная с

2005 г. волны жары наблюдаются ежегодно. В 2010 и 2016 гг. длительность

жары превысила 35 суток. Такие явления чаще всего происходят при бло-

кировании западного переноса в условиях антициклонической активности.

В среднем за период 1951–2020 гг. продолжительность волн жары соста-

вила 7 суток, для периода 2005–2014 гг. – 12,2 суток, для 2015–2020 гг. –

12,6 суток [19].

В [4] показано, что суммарная продолжительность эпизодов блокиро-

вания летом на ЕТР резко возрастает в отрицательной фазе колебания

EA/WR, которая сформировалась после 2000 г. Максимум повторяемости

блокирований находится в восточной части ЕТР, где при этом наблюда-

ются продолжительные периоды аномальной жары и дефицита осадков (за-

сухи). В качестве примера приводится сильнейшая засуха в 2010 г., которая

была обусловлена тремя эпизодами блокирования в июне–августе 2010 г.

при больших отрицательных значениях индекса EA/WR.

Cвязь между индексом EA/WR и характеристиками засух исследована

в [30]. Показано, что в определенных фазах колебаний EA/WR и NAO

происходит ослабление преобладающей западной циркуляции и развитие

60

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

засухи. Повышение температуры воздуха и усиление засух в различных ре-

гионах Европы и Азии в 2000–2016 гг. отмечается в [31]. Численные экс-

перименты с использованием моделей глобальной и региональной цирку-

ляции атмосферы показали, что в 2071–2100 гг. количество засух

увеличится по сравнению с 1981–2010 гг. [32].

Сильные засухи в Поволжье и Северном Прикаспии наблюдались в пе-

риоды с экстремально высокой температурой воды в Северной Атлантике.

Эти засухи были также связаны с изменениями атмосферной циркуляции в

Атлантико-Европейском регионе в летние месяцы, а именно с развитием

отрицательных фаз колебаний NAO и EA/WR [23]. Повторяемость блоки-

рований в восточной части ЕТР в отрицательной фазе EA/WR в три раза

превышала повторяемость в положительной фазе EA/WR. Подобная зако-

номерность характерна также для фаз колебания NAO.

Увеличение повторяемости сильных засух в Поволжье было связано с

усилением антициклонической активности (блокированием) в регионе за

счет более частой повторяемости отрицательной фазы EA/WR, а в Север-

ном Прикаспии за счет более частой повторяемости отрицательной фазы

NAO [23].

Колебания циркуляции атмосферы и уровень

Каспийского моря

Известно, что в отрицательной фазе NAO происходит ослабление зо-

нального переноса и усиление меридиональных процессов, усиление про-

цессов блокирования. В период положительной фазы NAO блокирование

наблюдается гораздо реже, чем при отрицательной фазе [17].

Как указывалось выше, блокирующие ситуации в атмосфере в регионе

Каспийского моря были связаны с отрицательными фазами колебаний

NAO и EA/WR. Нас будут интересовать значения индексов этих фаз в

июне–сентябре, т. е. в период наибольшего испарения в Каспийском море.

На рис. 1 видно, что устойчивые отрицательные фазы колебаний NAO и

EA/WR в июне–сентябре сформировались после 2000 г., что совпадает с

данными [4]. В этот же период началось наиболее интенсивное падение

УКМ.

Поскольку блокирование атмосферной циркуляции в летний период

приводит к повышению температуры воздуха, то было интересно сравнить

характеристики давления и температуры воздуха в регионе Каспийского

моря на стадии наиболее выраженного подъема УКМ (1978–1993 гг.) и ана-

логичной стадии падения (2008–2023 гг.).

Как видно из рис. 2а, на стадии подъема УКМ преобладала отрица-

тельная аномалия давления, что частично можно трактовать как усиление

циклонической активности, а на стадии падения уровня – положительная

аномалия давления, связанная с блокированием (рис. 2б).

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

61

Рис. 1. Средние за июнь–сентябрь значения индексов NAО (зеленая линия)

и EA/WR (синяя линия) (10-летнее скользящее сглаживание) и уровень моря

в Махачкале (черная линия).

Fig. 1. Average values of the NAO (green line) and EA/WR (blue line) indices for

June-September (10-year moving smoothing) and sea level in Makhachkala

(black line).

а)

б)

Рис. 2. Композитная аномалия приземного давления в июне-сентябре

1978-1993 гг. (а) и 2008-2023 гг. (б).

Fig. 2. Composite anomaly of surface pressure in June-September 1978-1993

(a) and 2008-2023 (б).

Характеру атмосферной циркуляции в эти периоды соответствует и

температура воздуха. На стадии подъема уровня в южной и северо-запад-

ной части региона преобладает значительная отрицательная аномалия тем-

пература воздуха (рис. 3а), а в восточной части − менее выраженная поло-

жительная аномалия. В то же время на стадии падения уровня в условиях

62

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

блокирования температура воздуха была выше нормы во всем регионе

(рис. 3б).

а)

б)

Рис. 3. Композитная аномалия приземной температуры воздуха в июне-

сентябре 1978-1993 гг.(а) и 2008-2023 гг. (б).

Fig. 3. Composite anomaly of surface air temperature in June-September 1978-

1993 (a) and 2008-2023 (б).

Повышение температуры воздуха в июне–сентябре в регионе Каспий-

ского моря примерно после 2005 г. подтверждается данными инструмен-

тальных наблюдений (рис. 4).

Аналогично по данным реанализа ERA5 [29] были получены данные

по испарению с поверхности Каспийского моря в июне–сентябре 1950–

1923 гг. (рис. 5). Параметр испарения представляет собой накопленное ко-

личество воды, испарившейся с поверхности Земли. Период накопления

составляет 1 сутки.

Из рис. 5 видно, что после 2005 г. испарение, как и температура воз-

духа, стало выше средних значений. Так как испарение является одной из

главных составляющих водного баланса, которое вносит вклад в пониже-

ние уровня моря, его увеличение выше средних значений вносит значи-

тельный вклад в дальнейшее понижение УКМ.

Межгодовая изменчивость УКМ на стадии падения в 2000–2023 гг.

была в диапазоне от -25 до +14 см (рис. 6). Наиболее значительное умень-

шение уровня отмечалось в 2006, 2011, 2015, 2019 и 2023 гг. Вместе с тем

есть периоды, когда уровень от года к году увеличивался (2005 и 2017 гг.).

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

63

а)

б)

в)

г)

Рис. 4. Среднемесячная приземная температура воздуха в июне (а), июле (б),

августе (в), сентябре (г) в Махачкале в 1950-2023 гг. и ее среднее значение

(красный цвет).

Fig. 4. Average monthly surface air temperature in June (a), July (б), August (в),

September (г) in Makhachkala in 1950-2023 and its average value (red).

64

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

а)

б)

в)

г)

Рис. 5. Среднемесячное испарение с поверхности Каспийского моря в июне

(а), июле (б), августе (в), сентябре (г) в 1950-2023 гг. и его среднее значение

(красный цвет).

Fig. 5. Average monthly evaporation from the surface of the Caspian Sea in June

(a), July (б), August (в), September (г) in 1950-2023 and its average value (red).

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

65

Рис. 6. Межгодовые изменения уровня Каспийского моря в 2000–2023 гг.

Fig. 6. Interannual changes of the Caspian Sea level in 2000-2023.

В [7] было получено, что уровень Каспийского моря реагирует на зна-

чительные колебания атмосферной циркуляции примерно через 5 лет.

Из рис. 6 следует, что на стадии падения уровня наиболее низкие значения

уровня возникают примерно через 4–5 лет. Похожая дискретность просле-

живается в возникновении летних максимумов температуры воздуха в

Астрахани и величин испарения с поверхности Каспийского моря после

2000-2005 гг. (рис. 4, 5). Можно предположить, что в реакцию уровня моря

на значительные колебания атмосферной циркуляции вносит вклад испа-

рение в аномально жаркие летние сезоны.

Заключение

По опубликованным ранее оценкам повышение уровня Каспийского

моря в 1978–1995 гг. в основном было вызвано увеличением речного стока

в море (54 %) и уменьшением испарения с его поверхности (29 %). В по-

следующие десятилетия в результате глобального потепления суще-

ственно изменилась циркуляция атмосферы на Европейской территории

России. В частности, это проявилось в увеличении случаев блокирования

западного переноса в условиях антициклонической активности. При этом

зафиксировано увеличение количества и продолжительности так называе-

мых летних волн жары, что проявилось в росте числа дней с экстремально

высокой температурой воздуха.

Подтверждено, что суммарная продолжительность эпизодов блокиро-

вания летом на ЕТР резко возрастает в отрицательных фазах колебания

EA/WR (Восточная Атлантика – западная часть России) и NAO (североат-

лантическое колебание). Устойчивые отрицательные фазы колебаний NAO

66

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

и EA/WR в летний период сформировались после 2000 г. В этот же период

началось наиболее интенсивное падение уровня Каспийского моря.

Для стадии падения уровня (2000–2023 гг.) в регионе Каспийского

моря характерна композитная положительная аномалия давления в летний

период, связанная с увеличением эпизодов блокирования, и положительная

аномалия температура воздуха в результате интенсивного нагревания. По

данным инструментальных наблюдений температура воздуха в июне–сен-

тябре в северной части Каспийского моря после 2005 г. в основном была

выше средних значений. Такая же особенность характерна для испарения

с поверхности Каспийского моря.

В межгодовой изменчивости УКМ на стадии падения наиболее значи-

тельные уменьшения уровня происходят с интервалом 4–5 лет. Возможно,

таким образом уровень моря реагирует на эпизоды с наибольшим летним

испарением. Можно сделать предварительный вывод, что в связи с гло-

бальным потеплением вклад испарения в изменения уровня Каспийского

моря в последние десятилетия увеличился по сравнению с вкладом речного

стока.

Список литературы

1. Абузяров З. К., Нестеров Е.С. Некоторые особенности пространственно-

временной изменчивости уровня Каспийского моря // Труды Гидрометцентра Рос-

сии. 2011. Вып. 345. С. 5-23.

2. Абузяров З.К., Нестеров Е.С., Красюк В.С., Лежнева Н.Г. Развитие методов

и технологий прогноза уровня Каспийского моря в Гидрометцентре России // Ма-

териалы Международной научной конференции «Изменения климата и водного

баланса Каспийского региона». Астрахань, 19-20 октября 2010. С. 185-192.

3. Бардин М.Ю., Платова Т.В. Долгопериодные вариации показателей экстре-

мальности температурного режима на территории России и их связь с изменени-

ями крупномасштабной атмосферной циркуляции и глобальным потеплением //

Метеорология и гидрология. 2019. № 12. С. 5-19.

4. Бардин М.Ю., Платова Т.В., Самохина О.Ф. Изменчивость антициклони-

ческой активности в умеренных широтах Северного полушария // Фундаменталь-

ная и прикладная климатология. 2019. Т. 3. С. 32-58.

5. Водный баланс и колебания уровня Каспийского моря. Моделирование и

прогноз / Под ред. Е.С. Нестерова. М.: Триада лтд, 2016. 378 с.

6. Выручалкина Т.Ю., Дианский Н.А., Фомин В.В. Влияние на эволюцию

уровня Каспийского моря многолетних изменений режима ветра над его регионом

в 1948-2017 гг. // Водные ресурсы. 2020. Т. 47, № 2. С. 230-240.

7. Выручалкина Т.Ю., Филатов Н.Н., Дианский Н.А., Гусев А.В. О прогнозе

многолетних изменений уровня воды крупных озер // Труды Карельского научного

центра РАН. 2016. № 9. С. 3-16.

8. Георгиевский В.Ю., Голубев В.С. Испарение с поверхности Каспийского

моря и его многолетняя изменчивость // Гидрометеорологические аспекты про-

блемы Каспийского моря и его бассейна. СПб.: Гидрометеоиздат, 2003. С. 230-238.

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

67

9. Георгиевский М.В. Особенности гидрометеорологического режима в бас-

сейне Каспия в период повышения его уровня в 1978-1995 гг. // Гидрометеороло-

гические аспекты проблемы Каспийского моря и его бассейна. СПб.: Гидрометео-

издат, 2003. С. 33-53.

10. Дьяконов Г.С., Ибраев Р.А. Воспроизведение многолетней изменчивости

уровня Каспийского моря в гидродинамической модели высокого разрешения //

Океанология. 2018. Т. 58, № 1. С. 11-22.

1 1. Лобанов В. В. Испарение с поверхности Каспийского моря // Метеоро-

логия и гидрология. 1987. № 10. С. 62-68.

12. Мещерская А.В., Александрова Н.А., Голод М.П. Температурно-влажност-

ный режим на водосборах Волги и Урала и оценка его влияния на изменения

уровня Каспийского моря // Водные ресурсы. 1994. Т. 21, № 4. С. 463-470.

13. Мохов И.И. Сезонные особенности изменений повторяемости опасных ме-

теорологических явлений в российских регионах в последние десятилетия //

Метеорология и гидрология. 2023. № 11. С. 50-64.

14. Мохов И.И., Семенов В.А. Погодно-климатические аномалии в российских

регионах и их связь с глобальными изменениями климата // Метеорология и гид-

рология. 2016. № 2. С. 16-28.

15. Нестеров Е.С. Низкочастотная изменчивость циркуляции атмосферы и

уровень Каспийского моря во второй половине ХХ века // Метеорология и гидро-

логия. 2001. № 11. С. 27-36.

16. Нестеров Е.С. О связи индексов колебаний циркуляции атмосферы и

уровня Каспийского моря. Гидрометеорологические аспекты проблемы Каспий-

ского моря и его бассейна. СПб.: Гидрометеоиздат, 2003. С. 323-326.

17. Нестеров Е.С. Североатлантическое колебание: атмосфера и океан. М.:

Триада лтд, 2013. 144 с.

1 8. Панин Г. Н. Испарение и теплообмен Каспийского моря. М.: Наука,

1987. 88 с.

19. Ранькова Э.Я., Алексеев Г.В., Алешина М.А. и др. Статистическая клима-

тология: современные достижения и новые идеи // Фундаментальная и прикладная

климатология. 2022. Т. 8, № 1. С. 5-50.

20. Сидоренков Н.С., Швейкина В.И. Исследование климатического режима

бассейна Волги и Каспийского моря за последнее столетие // Водные ресурсы.

1996. Т. 23, № 4. С. 401-406.

21. Терзиев Ф.С., Никонова Р.Е. Некоторые итоги изучения современного со-

стояния гидрометеорологического режима Каспийского моря и перспективы даль-

нейших исследований. Гидрометеорологические аспекты проблемы Каспийского

моря и его бассейна. СПб.: Гидрометеоиздат, 2003. С. 239-253.

22. Фролов А.В. Моделирование многолетних колебаний уровня Каспийского

моря: теория и приложения. М.: ГЕОС, 2003. 174 с.

23. Черенкова Е.А., Бардин М.Ю., Платова Т.В., Семенов В.А. Влияние дол-

гопериодной изменчивости температуры поверхности океана в Северной Атлан-

тике и изменений атмосферной циркуляции на повторяемость сильных атмосфер-

ных засух летом на юге Восточно-Европейской равнины // Метеорология и

гидрология. 2020. № 12. С. 5-19.

24. Шикломанов И.А., Георгиевский В.Ю, Шалыгин А.Л. Причины повышения

уровня Каспийского моря. Гидрометеорологические аспекты проблемы Каспий-

ского моря и его бассейна. СПб: Гидрометеоиздат, 2003. С. 254-266.

68

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

25. Arpe K., Bengtsson L., Golitsyn G. S., Mokhov I. I. et al. Connection between

Caspian Sea level variability and ENSO // Geophysical research letters. 2000. Vol. 27,

no. 17. P. 2693-2696.

26. Arpe K., Leroy S.A.G. The Caspian sea level forced by the atmospheric circula-

tion, as observed and modelled // Quaternary international. 2007. Vol. 173. P. 144-152.

27. Dai A. Hydroclimatic trends during 1950–2018 over global land // Climate Dy-

namics. 2021. Vol. 56. P. 4027-4049. DOI: 10.1007/s00382-021-05684-1.

28. Dai A., Trenberth K. E., Karl T. Global variations in droughts and wet spells:

1900-1995 // Geophys. Res. Lett. 1998. Vol. 25. P. 3367-3370.

29. Hersbach H., Bell B., Berrisford P., Hirahara S. et al. The ERA5 global rea-

nalysis // Quart. J. Res. Met. Soc. 2020. Vol. 146. P. 1-51.

https://doi.org/10.1002/qj.3803.

30. Kingston D.G., Stagge J.H., Tallaksen L.M., Hannah D. European-scale

drought: understanding connections between atmospheric circulation and meteorological

drought indices // J. Climate. 2015. Vol. 28, no. 2. P. 505-516.

31. Mukherjee S., Mishra A.K. Increase in compound drought and heatwaves in a

warming world // Geophys. Res. Letters. 2021. Vol. 48. P. e2020GL090617. https://doi.

org/10.1029/2020GL090617.

32. Spinoni J. et al. Future global meteorological drought hot spots: a study based

on CORDEX data // J. Climate. 2020. Vol. 33, no. 9. P. 3635-3661.

33. Zhi Li, Yaning Chen, Gonghuan Fang, Yupeng Li. Multivariate assessment and

attribution of droughts in Central Asia // Scientific Reports. 2017. Vol.| 7. P. 1316.

DOI:10.1038/s41598-017-01473-1.

References

1. Аbousiarov Z.К., Nesterov Е.S. Certain features of spatio-temporal variability of

Caspian sea level. Trudy Gidromettsentra Rossii [Proceedings of the Hydrometcentre of

Russia], 2011, vol. 345, pp. 5-23 [in Russ.].

2. Abuzyarov Z.K., Nesterov E.S., Krasyuk V.S., Lezhneva N.G. Razvitie metodov i

tekhnologiy prognoza urovnya Kaspiyskogo morya v Gidrometcentre Rossii. Materialy

Mezhdunarodnoy nauchnoy konferencii «Izmeneniya klimata i vodnogo balansa

Kaspiyskogo regiona». Astrahan', 19-20 oktyabrya 2010, pp. 185-192 [in Russ.].

3. Bardin M.Y., Platova T.V. Long-period Variations in Extreme Temperature Sta-

tistics in Russia as Linked to the Changes in Large-scale Atmospheric Circulation and

Global Warming. Russ. Meteorol. Hydrol., 2019, vol. 44, pp. 791–801. DOI:

10.3103/S106837391912001X.

4. Bardin M.Yu., Platova T.V., Samokhina O.F. Variability of anti-cyclonic activity

in the Northern Extratropics. Fundamental'naya i prikladnaya klimatologiya [Funda-

mental and applied climatology], 2019, vol. 3, pp. 32-58 [in Russ.].

5. Vodnyy balans i kolebaniya urovnya Kaspiyskogo morya. Modelirovanie i

prognoz. Pod red. E.S. Nesterova. Moscow, Triada LTD publ., 2016, 378 p. [in Russ.].

6. Vyruchalkina T.Y., Dianskii N.A., Fomin V.V. Effect of Long-Term Variations in

Wind Regime over Caspian Sea Region on the Evolution of Its Level in 1948–2017.

Water

Resources,

2020,

vol.

47,

no.

2,

pp.

348-357.

DOI:

10.31857/S0321059620020194.

7. Vyruchalkina T.Yu., Filatov N.N., Diansky N.A., Gusev A.V. On forecasting long-

term variations of water level in large lakes. Trudy Karel'skogo nauchnogo centra RAN

Нестеров Е.С., Павлова А.В.

69

[Transactions of Karelian Research Centre of Russian Academy of Science, Limnology],

2016, no. 9, pp. 3-16 [in Russ.].

8. Georgievskiy V.Yu., Golubev V.S. Isparenie s poverhnosti Kaspiyskogo morya i

ego mnogoletnyaya izmenchivost'. Gidrometeorologicheskie aspekty problemy

Kaspiyskogo morya i ego basseyna. Saint Petersburg, Gidrometeoizdat publ., 2003,

pp. 230-238 [in Russ.].

9. Georgievskiy M.V. Osobennosti gidrometeorologicheskogo rezhima v basseyne

Kaspiya v period povysheniya ego urovnya v 1978-1995 gg. Gidrometeorologicheskie

aspekty problemy Kaspiyskogo morya i ego basseyna. Saint Petersburg, Gidrometeoiz-

dat publ., 2003, pp. 33-53 [in Russ.].

10. Dyakonov G.S., Ibrayev R.A. Reproduction of Interannual Variability of the

Caspian Sea Level in a High-Resolution Hydrodynamic Model. Oceanology, 2018,

vol. 58, no. 1, pp. 8-18. DOI: 10.1134/S0001437018010046.

11. Lobanov V.V. Isparenie s poverhnosti Kaspiyskogo moray. Meteorologiya i

Gidrologiya [Russ. Meteorol. Hydrol.], 1987, no. 10, pp. 62-68 [in Russ.].

12. Meshcherskaya A.V., Aleksandrova N.A., Golod M.P. Temperaturno-vla-

zhnostnyy rezhim na vodosborah Volgi i Urala i ocenka ego vliyaniya na izmeneniya

urovnya Kaspiyskogo morya. Vodnye resursy [Water Resources], 1994, vol. 21, no. 4,

pp. 463-470 [in Russ.].

13. Mokhov I.I. Seasonal Features of the Changes in the Frequency of Severe

Weather Events in Russian Regions over the Past Decades. Russ. Meteorol. Hydrol.,

2023, vol. 48, pp. 954-965. DOI: 10.3103/S1068373923110043.

14. Mokhov I.I., Semenov V.A. Weather and Climate Anomalies in Russian Regions

Related to Global Climate Change. Russ. Meteorol. Hydrol., 2016, vol. 41, pp. 84-92.

DOI: 10.3103/S1068373916020023.

15. Nesterov E.S. Low-Frequency Atmospheric Circulation Variability and Caspian

Sea Level in the Second Half of the 20th Century. Meteorologiya i Gidrologiya [Russ.

Meteorol. Hydrol.], 2001, vol. 11, pp. 27-36 [in Russ.].

16. Nesterov E.S. O svyazi indeksov kolebaniy cirkulyacii atmosfery i urovnya

Kaspiyskogo morya. Gidrometeorologicheskie aspekty problemy Kaspiyskogo morya i

ego basseyna. Saint Petersburg, Gidrometeoizdat publ., 2003, pp. 323-326 [in Russ.].

17. Nesterov E.S. Severoatlanticheskoe kolebanie: atmosfera i okean. Moscow,

Triada LTD publ., 2013, 144 p. [in Russ.].

18. Panin G.N. Isparenie i teploobmen Kaspiyskogo morya. Moscow, Nauka publ.,

1987, 88 p. [in Russ.].

19. Rankova E.Ya., Alekseev G.V., Aleshina M.A., et al. Statistical climatology:

modern archievements and new ideas (Scientific readings in memory of G.V. Gruza).

Fundamental'naya i prikladnaya klimatologiya [Fundamental and applied climatology],

2022, vol. 8, no. 1, pp. 5-50 [in Russ.].

20. Sidorenkov N.S., Shveykina V.I. Issledovanie klimaticheskogo rezhima bas-

seyna Volgi i Kaspiyskogo morya za poslednee stoletie. Vodnye resursy [Water Re-

sources], 1994, vol. 21, no. 4, pp. 463-470 [in Russ.].

21. Terziev F.S., Nikonova R.E. Nekotorye itogi izucheniya sovremennogo sos-

toyaniya gidrometeorologicheskogo rezhima Kaspiyskogo morya i perspektivy dal'ney-

shih issledovaniy. Gidrometeorologicheskie aspekty problemy Kaspiyskogo morya i ego

basseyna. Saint Petersburg, Gidrometeoizdat publ., 2003, pp. 239-253 [in Russ.].

22. Frolov A.V. Modelirovanie mnogoletnih kolebaniy urovnya Kaspiyskogo

morya: teoriya i prilozheniya. Moscow, GEOS, 2003, 174 p. [in Russ.].

70

Расчеты и прогнозы элементов режима морей и океанов

23. Cherenkova E.A., Bardin M.Y., Platova T.V., Semenov V. A. Influence of North

Atlantic SST Variability and Changes in Atmospheric Circulation on the Frequency of

Summer Droughts in the East European Plain. Russ. Meteorol. Hydrol., 2020, vol. 45,

no. 12, pp. 819-829. DOI: 10.3103/S1068373920120018.

24. Shiklomanov I.A., Georgievskiy V.Yu, Shalygin A.L. Prichiny povysheniya urov-

nya Kaspiyskogo morya. Gidrometeorologicheskie aspekty problemy Kaspiyskogo

morya i ego basseyna. Saint Petersburg, Gidrometeoizdat publ., 2003, pp. 254-266

[in Russ.].

25. Arpe K., Bengtsson L., Golitsyn G. S., Mokhov I. I. et al. Connection between

Caspian Sea level variability and ENSO. Geophysical research letters, 2000, vol. 27,

no. 17, pp. 2693-2696.

26. Arpe K., Leroy S.A.G. The Caspian sea level forced by the atmospheric circula-

tion, as observed and modeled. Quaternary international, 2007, vol. 173, pp. 144-152.

27. Dai A. Hydroclimatic trends during 1950–2018 over global land. Climate Dy-

namics, 2021, vol. 56, pp. 4027-4049. DOI: 10.1007/s00382-021-05684-1.

28. Dai A., Trenberth K. E., Karl T. Global variations in droughts and wet spells:

1900-1995. Geophys. Res. Lett., 1998, vol. 25, pp. 3367-3370.

29. Hersbach H., Bell B., Berrisford P., Hirahara S. et al. The ERA5 global rea-

nalysis. Quart. J. Res. Met. Soc., 2020, vol. 146, pp. 1-51. DOI: 10.1002/qj.3803.

30. Kingston D.G., Stagge J.H., Tallaksen L.M., Hannah D. European-scale

drought: understanding connections between atmospheric circulation and meteorological

drought indices. J. Climate, 2015, vol. 28, no. 2, pp. 505-516.

31. Mukherjee S., Mishra A. K. Increase in compound drought and heatwaves in a

warming world. Geophys. Res. Letters, 2021, vol. 48, pp. e2020GL090617. DOI:

10.1029/2020GL090617.

32. Spinoni J. et al. Future global meteorological drought hot spots: a study based

on CORDEX data. J. Climate, 2020, vol. 33, no. 9, pp. 3635-3661.

33. Zhi Li, Yaning Chen, Gonghuan Fang, Yupeng Li. Multivariate assessment and

attribution of droughts in Central Asia. Scientific Reports, 2017, vol. 7, 1316 p. DOI:

10.1038/s41598-017-01473-1.

Поступила 14.02.2024; одобрена после рецензирования 15.03.2024;

принята в печать 10.04.2024.

Submitted 14.02.2024; approved after reviewing 15.03.2024;

accepted for publication 10.04.2024.